Китайская стена: как выглядит сетевая жизнь Поднебесной?

Китайская стена: как выглядит сетевая жизнь Поднебесной?
Согласно статистическим данным по состоянию на март 2020 года, количество пользователей Интернета в Китае составляло около 904 млн человек; коэффициент распространения Интернета — 64,5%; количество пользователей мобильного Интернета — 897 млн человек; среди всех пользователей Интернета пользователей мобильного Интернета — 99,3%; число пользователей систем онлайн-платежей - 768 млн, или 85% от всех пользователей Интернета (765 млн через мобильные телефоны, или 85,3% от всех пользователей мобильного Интернета); небанковские платежные системы совершили около 720 млрд онлайн-транзакций на общую сумму около 250 трлн юаней; число онлайн-геймеров достигло 532 млн (58,9% от общего числа интернет-пользователей).

Между тем, в Конституции Китайской Народной Республики не закреплено как такового "права на информацию", как это сделано в Конституции РФ. Вместо этого прописаны следующие конституционно-правовые нормы:

"Статья 35. Граждане Китайской Народной Республики имеют свободу слова, печати, собраний, союзов, уличных шествий и демонстраций.

Статья 40. Свобода и тайна переписки граждан Китайской Народной Республики охраняется законом".

Исследователи указывают на определенную жесткость Китайской коммунистической партии при реализации права граждан на свободу слова и связанной с ним информационной политики и управления сетью Интернет. Так, Милтон Л. Мюллер отмечает: "Как телекоммуникационная инфраструктура, так и услуги, которые работают поверх нее, подвергаются строгому лицензированию, ограничениям, а также прямой цензуре и репрессиям" (Mueller M.L. China and Global Internet Governance: a tiger by the tail // Access contested. Security, Identity, and Resistance in Asian Cyberspace / R. Deibert, J. Palfrey, R. Rohozinski, J. Zittrain. The MIT Press, 2012. P. 178).

В 1998 году Центральной комиссией по делам киберпространства КНР был инициирован проект "Золотой щит", содержащий интегрированную, многоуровневую систему, включающую технические, административные подразделения, службы общественной и национальной безопасности, рекламы и многие другие подразделения. "Золотой щит" был запущен по всей стране в 2003 г., а окончательная работа над проектом была завершена в 2008 г. (Quinn J. A Peek Over the Great Firewall: A Breakdown of China's New Cybersecurity Law // SMU Science and Technology Law Review. 2017. Vol. 20. N 2. P. 407 - 436).

В рамках проекта:

  • ограничивается доступ к ряду иностранных сайтов;
  • веб-сайты, базирующиеся на территории Китая, не могут ссылаться и публиковать новости, взятые из зарубежных новостных сайтов или СМИ, без специального одобрения;
  • веб-страницы фильтруются по ключевым словам, связанным с государственной безопасностью, а также по черному списку адресов сайтов.


Нормативное регулирование существования "Великого китайского файрвола" разрабатывалось на протяжении двадцати лет и охватывает собой десятки правовых актов, среди которых:

  1. Положение "Об охране компьютерных и информационных систем";
  2. Положение "Об охране безопасности международной сети, компьютерных и информационных сетей общего пользования";
  3. Закон Китайской Народной Республики о безопасности в Интернете;
  4. Положение о защите личной информации пользователей и Интернета;
  5. Общие правила цензуры содержания аудиовизуальных онлайн-программ и др. (Кулажников В.В. Нормативно-правовое и технологическое обеспечение информационной безопасности КНР // Образование и право. 2019. N 7. С. 24 - 30).

В процессе масштабного внедрения собственных цифровых платформ, сопровождаемого вытеснением с китайского рынка иностранных интернет-компаний, власти разработали системы фильтрации проходящего через китайский сегмент Интернета контента. Это также способствовало защите интересов национальных гигантов от конкуренции извне.

Одним из наиболее известных фильтров стал Green Dam ("Зеленая дамба"). Данный "фильтр против порнографии и другой плохой информации" с июля 2009 г. в обязательном порядке подлежал установлению во всех общественных местах, где предусмотрен доступ в Интернет (интернет-кафе, гостиницы, образовательные и государственные учреждения и т.п.) и на всех производимых, реализуемых на территории КНР компьютерах (включая зарубежные марки). Решение об обязательной установке фильтра столкнулось с противодействием со стороны крупных иностранных производителей компьютеров. Хотя действие принятого нормативного документа и не было отменено, однако власти не стали настаивать на его всеобщем исполнении. Фильтр установили в ряде китайских школ и в общественных местах с выходом в Интернет.

Окончательную точку в формировании "китайского Интернета" поставили акты 2015-16 гг., в том числе Антитеррористический закон КНР, подчеркивающий необходимость укрепления защиты национальных IT-систем и установления суверенного киберпространства. Так, согласно ст. 18 данного закона поставщиков интернет-услуг обязали предоставлять ключи шифрования для расследования и предотвращения террористической деятельности; внедрять системы надзора за сетевой безопасностью, отслеживать и удалять информацию, которая может быть расценена как связанная с терроризмом; идентифицировать личность клиентов.

Далее последовал Закон о кибербезопасности 2016 г., обязавший интернет-провайдеров хранить информацию о пользователях, переписках, видео и фото, персональных данных в течение полугода, мониторить всю публикуемую информацию для предотвращения террористических актов, призвавший добровольно участвовать в системе защиты критической информационной инфраструктуры.

В первую очередь из китайского сегмента Интернета, согласно Закону, должен быть исключен контент с любой нежелательной, противоправной информацией, затрагивающей прежде всего суверенитет и территориальную целостность страны, общепризнанные нравственные ценности, способствующий разжиганию ненависти в обществе, распространению насилия, сектантства, ересей, склоняющий к суицидам, поддерживающий финансовые и иные виды мошенничества и т.п.

В соответствии с Законом провайдеры контента не только должны соблюдать действующее законодательство, "уважать общественную мораль, соблюдать деловую этику", но и "подвергаться контролю со стороны правительства и общества, нести социальную ответственность" (ст. 9). В их обязанность также вменяется "предоставление технической поддержки и содействие органам общественной и государственной безопасности при осуществлении ими деятельности по обеспечению государственной безопасности и расследованию преступлений" (ст. 28). При отказе в предоставлении "технической поддержки и содействия" организация и ее "непосредственно ответственные за управление и иные непосредственно ответственные лица" подлежат привлечению к ответственности (п. 3 ст. 69).

Провайдеры также обязаны требовать от пользователей регистрироваться под своими реальными именами (процедура обязательной верификации пользователя, исключающая его анонимность (ст. 24)) и фильтровать проходящий через них контент. В противном случае компания может быть закрыта (лишена лицензии), а ее сотрудники привлечены к юридической ответственности (включая уголовную) (ст. 74). Кроме того, Закон содержит требование о хранении собранной внутри страны информации (локализации данных) в КНР, а не за ее пределами (ст. 37) (т.е. сведения о китайских гражданах должны храниться на внутренних серверах интернет-компаний).

Файрволы применяются провайдерами для защиты от вирусов и хакеров, но используются и для блокирования доступа к определенным сайтам. В их основу лег созданный еще в 1994 г. Министерством общественной безопасности КНР Государственный информационный центр по преступлениям. Специалисты, отвечающие за работу "Золотого щита", при помощи искусственного интеллекта осуществляют непрерывный мониторинг деятельности интернет-пользователей и пресекают распространение незаконной информации в китайском сегменте Интернета. При помощи "Золотого щита" блокируются запрещенные IP-адреса и интернет-адреса (URL), осуществляется фильтрация DNS-запросов, блокировка VPN-соединений и др.

Особенностью регулирования в киберпространстве Китая выступает уклон в сторону подзаконных актов, правом издавать которые наделены различные ведомства: Министерство общественной безопасности, Национальное бюро государственной тайны, Министерство обороны. К тому же создан межведомственный орган (Центральная ведущая группа по кибербезопасности и информатизации), специально нацеленный на преодоление противоречий, возникающих в принимаемых подзаконных актах.

В общем и целом, изучая особенности нормативного становления проекта "Золотой щит" в Китайской Народной Республике и развитие законодательства Российской Федерации в области регулирования работы информационно-телекоммуникационной сети Интернет, нельзя не обратить внимания на определенную схожесть в том, как развивалась ситуация в КНР последние 30 лет и тем, что происходит в России начиная со второй половины 2010-х годов.

Мы считаем, что настоятельно необходимо обратить внимание на весь положительный и отрицательный опыт, накопленный не только Китаем, но и всем азиатским сообществом в области регулирования Интернета — с тем, чтобы избежать уже допущенных ошибок при формировании государственной информационной политики и правил кибербезопасности.

Подпишитесь на нашу рассылку

Это рассылка о самых актуальных новостях и тенденциях цифрового права. Раз в две недели мы отправляем дайджест самых важных событий нашей сферы с аналитикой наших экспертов